поиск по сайту

Проекты CRM Документы


Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования


Вход в систему

Посадский А.В. Еще раз о рейде Мамонтова.

ЕЩЁ РАЗ О РЕЙДЕ МАМОНТОВА

Антон Викторович Посадский, г. Саратов.

Мамонтовский рейд 1919 года – известнейший пример действий Донской конницы в Гражданской войне. Оценки его укладываются в предельно широкий спектр – от восторженного восхищения до обвинений командира в погублении стратегического замысла, а казаков – в полном разложении… Постараемся, не повторяя многократно сказанного о рейде и не вступая в полемику по многим неясностям и расхождениям, рассмотреть его с точки зрения контакта с населением, успешности новых формирований и оценки итогов.

     В эмиграции долго помнили о знаменитом рейде и многократно писали о нем.1 В советской историографии существует единственное специальное исследование 1920-х годов.2 В то же время, в советской традиции Мамонтов и Шкуро стали «отрицательными персонажами» буденновской и конармейской в целом легенды. В современной историографии можно указать материал А.С. Кручинина о Тульской дивизии,3 краеведческие изыскания Б.В. Сенникова.4

   Казаки называли К.К. Мамонтова «дедом» и «сильно побаивались».5 Неизвестный офицер оставил яркие характеристики самого комкора. Он подчинял офицеров и казаков «обаятельностью». Был на редкость подвижен, способен воодушевлять присутствием, везде побывать и все видеть. «Такое вездесущие генерала Мамонтова действовало чарующе на казаков». Только появившись и поздоровавшись, умел поднять настроение, снять усталость на тяжелом переходе.6 Очень комплиментарны впечатления от мимолетной встречи с Мамонтовым кубанца полковника Елисеева: «Природный кавалерист», отсутствие какой-либо помпы, легкость в облике и движениях.7

     Обрисованные черты поведения и отклик подчиненных заставляют вспомнить А.П. Ермолова в его кавказское десятилетие. Мамонтов ярко иллюстрирует собой правильность старой истины: история конницы – это история ее начальников.

     Такому командиру досталось провести масштабный рейд, который неизбежно получал и политическое измерение.

     Успешность рейда признают и белые, и красные. Споры шли по вопросу о его эффективности и возможности радикально изменить стратегическую ситуацию.

     Наштакор полковник Калиновский рапортовал 7 сентября 1919 г. о роспуске свыше 80000 пленных и мобилизованных, «почему по всем дорогам и во всех направлениях идут партии солдат, снабженных нашими воззваниями, настроенных к нам более чем доброжелательно, так как (перед) роспуском их по домам им выдавалось обмундирование, обувь и консервы. Все население на нашей стороне, так как в их распоряжение были предоставлены громаднейшие советские склады мануфактуры, обуви, сахару, муки и продуктов; особенно остро стоит для населения вопрос о соли, которой советские власти совершенно не выдавали населению, почему среди населения развились особые заболевания. Большие склады соли также отданы населению, что примиряет население с убытками, причиненными ему войсками». Полковник оценивал положение красного Южного фронта как катастрофическое. В частях корпуса за 8 августа - 7 сентября выбыло до 10 человек убитыми и до 30 ранеными, заболевших не было; «настроение казаков и пеших частей отличное».8 Велихов из Национального Центра высказал такое мнение: «Несмотря на тяжелые условия этого похода… настроение у всех участников его было необыкновенно бодрое, оживленное и даже веселое, как будто предпринимался не рискованный поход, а веселая охотничья экспедиция. Захваченный… советский военный оркестр… играл в городах, и селах, и деревнях, увеселяя войска и собравшуюся публику».9

     Штабс-капитан-латыш, живший в воронежской деревне, увидел пришедших казаков так: галдеж при виде его вылился в заключение: «Комиссар, одет хорошо!» Однако офицеру повезло сойти за немца. После представления генералу стал из полупленного сотником, но не в том полку, который его захватил. Вот как ему виделся рейд еще из положения «полупленного»: «Обоз, в котором я находился, был так длинен, что на ровном месте концы его нельзя было видеть». Крестьянин-возница охотно рассказал, что это добро из Тамбовских складов «едет» уже вторую неделю, харчей много, казаки часто угощают водкой. «Необыкновенно длинный обоз двигался своей дорогой, при охране по обеим его сторонам. Отдельные сотни рыскали по всем направлениям, ища добычи. Заставали врасплох в селах и деревнях членов местных советов. Комиссары-коммунисты расстреливались или были повешены на колодезных журавлях, коммунистки уничтожались редко, но молодые насиловались. Пойманные с оружием - расстреливались. Содержимое уцелевших складов - на подводы местных крестьян и направлялось к обозу. Имущество мирных жителей не трогали. Наоборот, давали беднякам продукты, включая водку и спирт. Женщин не обижали. Взамен дружбы давали подарки: мануфактуру, сахар и муку». По мере продвижения к фронту набеги сокращались. После рейда последовал разгульный отдых.10

     Легендарные обозы у корпуса были. О них писал и А.Г. Шкуро («бесчисленные обозы с беженцами и добычей11»), и докладывали советские авиаторы, нащупавшие наконец казаков уже у линии фронта.12 Эти обозы с варьирующейся длиной в 60, 80, 150 и т.п. километров являются предметом давних споров. Действительно, стремительный рейд плохо вяжется с такими «хвостами». Однако корпус не был в плотном красном кольце, разбрасывался на большие расстояния, так что имел некую обширную «сферу», которая делала возможным выводить значительные обозы. И в них, что немаловажно, была не только добыча, но и беженцы.

     В Ельце было сосредоточено до 60000 мобилизованных красными при 3000 винтовок, «солдаты настроены панически».13 Паника, распыления многочисленных красных частей были обычным явлением, нередко еще до встречи с казаками.

     Крестьянские восстания «бурлили во фронтовой полосе рейда ген. Мамонтова»14, на Тамбовщине было уничтожено около 50 колхозов.15 В тылу красных действовали группы дезертиров до 1000 человек, которые нападали на станции и поезда.16 В Тамбове поспешно отступавших красных провожали выстрелами, в двух случаях открывался пулеметный огонь.17 В селе Стрельцы Покровско-Пригородной волости Тамбовского уезда, как только дошел слух о казаках, толпа крестьян потребовала у матери секретаря ячейки выдать сына на расправу. Его спасла соседка, а товарищ по ячейке был выдан казакам и зарублен.18 В лебедянском селе Чечеры советский актив ушел в местный отряд особого назначения. Еще когда казаки были за 100 верст, «кулаки» послали к ним делегацию и попросили прислать отряд, передав список на 16 активистов. 28 августа казачий отряд с «кучкой кулаков», - как пишет советский мемуарист, повесил председателя совета. В начале сентября казаки уходили по тракту Козлов - Липецк. С ними уходили «кулаки» с семьями.19 А.Л. Окнинский нарисовал выразительную картину бегства волостной власти (Борисоглебский уезд) при слухах о приходе казаков. Во время рейда «зеленые» расправились по деревням с наиболее ненавистными коммунистами, при этом расправы всегда осуществляли не местные крестьяне.20 В то же время очень информативный зарубежный источник сообщал о некоторой настороженности руководителей организованных зеленых отрядов по отношению к идущему белому корпусу, стремлении выждать развития событий.21

     В.В. Ляшенко делает вывод, что «именно нарастающее противостояние населения и властей явилось решающим фактором, который сыграл на руку Мамонтову и значительно облегчил его задачу». Однако крестьяне не выступали против советской власти в целом, не забывая расправиться с местными обидчиками. Крестьяне верили обещаниям белых установить порядок, даже воздерживались от регистрации умерших. В загс стали обращаться, только убедившись, что казаки не вернутся.22

     Вопрос о местных формированиях в ходе рейда освещен в литературе и источниках противоречиво, что, по условиям этих формирований, не вызывает удивления. Наиболее известным формированием является, конечно, Тульская пешая дивизия. По крайней мере к вечеру 6 (19-го) августа Тульская дивизия, «сформированная из сдавшихся в плен Тульчан», уже существовала.23 В захваченном Козлове был сформирован Козловский добровольческий отряд полковника Сизова из сдавшихся офицеров, после взятия Ельца появился Елецкий отряд. 23 августа (5 сентября) им было приказано присоединиться к Тульской дивизии.24

     По мнению А.С. Кручинина, дивизия в основе имела перешедшую красную часть, что и способствовало ее быстрому превращению в самостоятельную боевую единицу. Дивизия формировалась по облегченному штату (в полках 9 рот по 100 человек боевого состава), однако имела свою артиллерию, кавалерийские и штурмовое подразделения. Как раз на ходу сымпровизированный 4-й Козловский полк (1-й – 3-й – Тульские) был слаб и выполнял вспомогательные задачи. Один офицер - участник рейда оставил выразительную картинку: «… пленные красноармейцы, захваченные при взятии Воронежа, говорили, что спешенных казаков они всегда отличат от настоящей пехоты, и когда Тульская пеш. Дивизия… стройными цепями, за которыми шевелились ощетинившиеся штыками колонны, атаковала красных, они мигом смелись».25 Елецкий и Козловский отряды или дружины стали полками: 1-м Елецким пехотным и 4-м Козловским добровольческим пехотным.26 Видимо, последний выступил в осенних боях как 123 (371) Козловский полк, получив знамя 123-го полка, доставшееся в Харькове белым войскам и 2 августа доставленное в Таганрог.27

     Уже по выходе из рейда, около 8-9 сентября ст.ст. Тульская дивизия жестоко пострадала от внезапного удара красных.28

     М. Рымшан сообщает, что разведка и охранение забирали столько сил, что вскоре после занятия Тамбова Мамонтов начал формировать части из местного населения. Офицеры были взяты по мобилизации, солдаты - из доб-ровольцев. По сведениям бежавших из плена, вновь сформированная пехота насчитывала до 20000 человек, но автор считает это сильным преувеличением.29 31 августа (13 сентября) генерал А.А. фон Лампе записал в дневнике, что Мамонтов предполагает держать Воронеж «5000 сформированными им в тылу красных, пехоты с 3-мя бронепоездами…».30 По данным представителя Национального Центра, корпус распустил до 60000 мобилизованных, организовал «десятитысячные отряды пехоты».31

     Пленные «частью вербовались», крестьянам раздавалось оружие с побуждением к партизанским действиям.32 Имеются сведения, что 8 сентября генерал Постовский в телефонном ультиматуме красному гарнизону Воронежа предлагал оставить город, который находится в кольце донцов, кубанцев, «пехотных частей Тульской, Тамбовской, Козловской и Елецкой дружин».33 Есть информация, что в Ельце, Тамбове, Лебедяни, Воронеже формировались отряды местной самообороны. Объявления о призыве или наборе в них публиковались на страницах газеты «Черноземная мысль», издаваемой при штабе корпуса.34 Б.В. Сенников упоминает Офицерский и Крестьянский полки, молодежную дружину, дружину из железнодорожных рабочих,35 сформированные в Тамбове. Использовались три захваченных красных бронепоезда, что вряд ли обошлось без неказачьих чинов. При этом бронепоезда наскоро переименовывались, не без победной иронии. Так, красный «Непобедимый» превратился в «Казак непобедимый».

     В советской литературе встречается отрывочная информация об участии в боях пехотных частей. Например, 4 сентября Задонский советский полк захватил «неприятельской повозки с пулеметом и 10 пленных из мамонтовской тамбовской дивизии».36 Около 14 сентября красная кавбригада захватила часть обоза и пленила 100 человек с пулеметом из прикрытия.37

     Несколько тысяч человек вышло из рейда в рядах Тульчан и Ельчан. Б.В. Сенников пишет о более чем 8000 выведенных добровольцев, никак не обосновывая свои данные.38

     Какова судьба остальных временных формирований, пока достоверно сказать нельзя. Кто-то остался на местах после ухода казаков в виде организованной вооруженной силы. В тамбовском кинотеатре «Колизей», например, вернувшиеся красные обнаружили некую группу «авантюристов», выставившую пулеметы. Лишь через три дня, когда пулеметчики утратили боеспособность, красный отряд смог захватить пулеметы и арестовать группу.39

     Далее проследим, что происходило на добровольческом фронте в самые победные недели осеннего наступления, вскоре после рейда. Достаточно привести несколько свидетельств с белой стороны, относящихся к сентябрю-октябрю. Они не нуждаются в пространных комментариях.

     «Состав подходил к Касторной. Навстречу попадались большие партии перешедших на сторону Белой армии красноармейцев. Это были недавно мобилизованные крестьяне в собственной бедной одежонке. Они не хотели воевать ни на чьей стороне и уныло, без конвоиров шагали в тыл, озябшие и голодные. В поисках тепла и пищи они постепенно разбредались по окрестным деревням».40 «Начиная с Валуйки и до станции Лиски наш товарный поезд шел в зоне, словно оккупированной пленными красноармейцами. На каждой станции их были толпы – грязных, голодных, предоставленных самим себе… апатичных, но не злобных на вид… Здесь, на всех этих станциях, была разбросана целая Красная армия».41 Шоссе «сплошь на всем протяжении до самого Курска было забито идущими нам навстречу красноармейцами. Это была целая армия здоровых людей, уроженцев юга России, с нескрываемой радостью возвращавшихся «к себе по домам». Они шли к нам в тыл, никем не сопровождаемые…»42

     Марковцы и корниловцы отмечали массовые сдачи красноармейцев, помощь крестьян при наступлении, готовность многих вступать добровольцами в части.43 В маневренной войне даже плен оказывался «добровольческим»: белые распускали, раздевали, запирали во дворах пленных, беря с собой лишь тех, кто не захотел остаться.44 К 13-14 октября 13 советская армия находилась на грани полного развала и дезорганизации, не исключая лучшей в ней 42-й стрелковой дивизии; части паниковали, сдавались, рассеивались.45

     Для побеждающего создалась ситуация «открытых ворот». Пример с телеграммой из Ставки (адресат – начштаба Корниловской дивизии): «Ввиду скорого окончания гражданской войны и нашего предстоящего вступ-ления в Москву, сообщите, в каком округе и какую должность вы хотите получить» предельно красноречив.46 Дело виделось сделанным, оставалось «только дойти» до Москвы. Огромные массы добровольных пленных и перебежчиков наступавшие белые не могли оперативно использовать: нечем было кормить и вооружать, не во что одевать, некогда фильтровать, учить и организовывать. В результате эти неохраняемые пленные, с наступлением холодов и эпидемии тифа тысячами умирали.47 А боевые части наскоро пополнялись по числу свободных винтовок или, в лучшем случае, до штатной численности. Видимо, белое командование уже готово было отложить подобные вопросы до «после Москвы».

     В результате умение красных сгруппировать свежие части и нанести контрудар переломило ситуацию.

     А.Г. Шкуро, с корпусом которого предстояло соединиться рейдерам, также взаимодействовал с населением и формировал части в черноземной Воронежской губернии. Он успешно разворачивал в дивизию за счет добровольцев Стрелковую бригаду своего корпуса. Рабочие-железнодорожники влились в части перед самым оставлением города. Формировались подразделения из покинувшей город учащейся молодежи. То же, очевидно, происходило в уездах губернии.48 При этом холода в соединении с плохой экипировкой, эпидемией тифа подсекали силу новых полуимпровизированных формирований.49 Из Воронежа был массовый исход населения, уходили и многие окрестные крестьяне.50

     Таким образом, и наступление Добровольческой армии, и рейдирование Четвертого Донского корпуса обнаружили доброжелательное отношение населения, высокую готовность красноармейцев сдаваться, заметный добровольческий потенциал в населении.

     Рассмотрим сюжеты, которые, по вине донцов или нет, зачисляются в неудачи рейда.

     Известен деникинский упрек в адрес Мамонтова - «сохранив от развала свой корпус, искать не добычи, а разгрома живой силы противника». Однако вся «живая сила», встреченная корпусом, и была разгромлена. Корпус распустил многие десятки тысяч пленных, такие же десятки тысяч, что и Добровольческая армия набрала пленными осенью 1919 г. Причем если пленные Добрармии оказывались предоставлены сами себе и получали весьма незавидную судьбу в неорганизованном белом тылу, то пленники Мамонтова шли по домам, необиженные и впечатленные казачьим успехом. Разница очевидна, и она в пользу К.К. Мамонтова.

     «Крестьяне не восстали!» - с восклицанием пишет «Казачий словарь-справочник» («Рейд Мамонтова»). Более того, казаки якобы убедились во враждебности российских губерний, и их дух упал от перспективы безнадежной борьбы в одиночестве. Мамонтов не смог добиться главного: крестьянство не восстало, напишет и А.И. Егоров. Это не так.

     В июне 1919 года в Тамбовском и Кирсановском уездах вспыхнуло восстание против мобилизаций и разверстки с 20000 участников, которое стало распространяться на Козловский и Моршанский уезды. Возникла угроза штабу Южфронта. Восстание удалось угасить только в конце июля обещанием амнистии ВЦИК по декрету 3 июня 1919 г.51 Это восстание перекрывалось с массовым повстанчеством в Новохоперском уезде Воронежской, Балашовском и Аткарском уездах Саратовской губерний. При этом майско-июньские контакты белых с мощнейшей «зеленовщиной» в тамбовско-воронежско-саратовских краях показали, что крестьяне-повстанцы могут дать лишь очень небольшой процент бойцов подошедшим казакам и далеко от дома не пойдут.

     В конце сентября, в разгар наступления ВСЮР, в Елецком уезде вспыхнуло большое восстание. До 20000 повстанцев имели оружие, полученное во время рейда от казаков. Но крупный мятеж был быстро подавлен переброской значительных красных сил.52

     Понимать восстание крестьян как образование сходу многотысячных боеспособных соединений – значит рисовать фантазийные картины, нереальные для обстоятельств места и времени. Крестьяне не восстают иначе, чем они восставали во время, до и после знаменательного рейда. Собственно, после коллапса местных красных властей и расправ с наиболее оголтелыми коммунистами, «восставать» было не нужно. Противника не было.

     Еще один традиционный упрек – в разложении. Вероятно, с «регулярной» точки зрения «распыляться» с добычей всегда будет предосудительным. Однако казаки умели столь же быстро возвращаться и проявлять высокую боеспособность. Развалившийся за осень – начало зимы 1919 г. корпус Мамонтов воссоздал в две-три недели. Отпускные и прочие были «энергично и быстро» поставлены в строй, сотни доведены до 160 шашек, приведены в порядок артиллерия и пулеметы, сменены некоторые начальники. В результате корпус под руководством генерала Павлова одержал победы над С. Буденным и Д. Жлобой. При этом казаки считали эти победы «несерьезными», - вот приедет «дед», тогда… Сообщение о смерти сломало боевой дух, без Мамонтова победы не мыслили.53 Так что солдатское и казачье «разложение» представляют собой разные явления, к которым не следует подходить с единой меркой.

     Наконец, ключевой вопрос – о возможности или необходимости двигаться вглубь России с перспективой добраться до Москвы. У наштакора полковника Калиновского 25 августа (7 сентября) возникли следующие соображения для доклада по команде: офицеры и казаки «за поход приобрели некоторые ценности и деньги», что создает сильное тяготение домой. Поэтому вывод корпуса на Донской фронт опасен, части могут распылиться больными, отпускными и командированными. Целесообразно, по мысли полковника, оставить соединение в тылу красных до их общего отхода, в таком случае можно будет «свободно» овладеть Москвой. Для этого понадобится свежий отряд конницы.54 Подобная идея – пробиться на соединение с Мамонтовым и рейдировать на Москву – была у А.Г. Шкуро. По его словам, он был остановлен в своем стремлении прямой угрозой полевого суда.55 При этом А.П. Кутепов не поддержал идеи Шкуро, опасаясь за свой фланг. Но через считанные недели, едва ли не дни, он сам подумывал о подобном «сумасшедшем» броске силами уже своего корпуса.56 В той же логике происходил колчаковский «бег к Волге» по принципу «нельзя останавливаться», который потом красным противником был назван авантюрой.57

     А.И. Егоров писал, что Мамонтов был, в своем движении на север, «в меньшей степени авантюристом, чем сам Деникин». В самом деле, деникинская погоня за пространством ничтожными силами, как казалось оппонентам главкома, может быть оценена как оправданная тактика в гражданской войне.58 Недаром у разных белых командиров возникал соблазн броситься к столице «очертя голову». Сам А.И. Деникин поступал так, в масштабах всего фронта. Точно такое же желание испытал генерал Топорков, рейдировавший с терской дивизией в начале лета 1919 г. по красным тылам. Рейд легок, стремителен, начальник дивизии едва не соблазняется безрассудным ударом по Харькову.59 Характерен этот позыв презреть стратегические истины и броситься вперед. Видимо, многим было ясно, что многочисленные частные победы не давали решительного результата, пока у красных работал центральный аппарат и была территория, способная поставлять ресурсы.

     Мамонтовский рейд оказался «между» регулярной тактикой и партизанской борьбой, что и определило огромный успех и множество разнообразных претензий. Вероятно, удача имела шансы появиться при действительно крупном решении – броске на Москву. Это подразумевало риск крушения фронта, значило забвение прописных азов военного искусства, и извинялось бы лишь спецификой гражданской войны.

     Драматичная тонкость ситуации заключалась как раз в противостоянии Белой армии и красного аппарата. Кутепов и Мамонтов могли пленить десятки и сотни тысяч красноармейцев, брать ничтожными численно силами укрепленные города. Однако Белая армия получала таким образом бесконечное растягивание линии фронта и балласт в тылу. А красный мобилизационный аппарат, не стесняясь в средствах, восстанавливал потери, и вновь перед утомленными белыми частями возникали пусть не очень боеспособные, но многочисленные красные дивизии, державшие фронт и позволявшие командованию маневрировать ударными, проверенными частями.

     С этой проблемой столкнулся в 1920 г. Махно. В марте – октябре 1920 г. он одерживает много красивых, эффектных побед над красными. Маневр, удар, победы, тысячи и десятки тысяч пленных красноармейцев… Частные победы, блистательные партизанские операции и общий проигрыш масштабу красной власти, Системе, как пишет В.Я. Голованов. Кто-то из пленных вливается в махновские отряды, но это далеко не большинство. Иногубернские пленные в основном сами или путем энергичного «собирания» вновь оказывались в своих частях. Распущенные красноармейцы попадают в плен второй и третий раз. Победы обессмысливаются,60 что вызывает отчаяние и озлобление.

 

     Рейд Мамонтова, как и наступление Кутепова, показал, что доброжелательное отношение большинства населения, наличие добровольцев, разброд в рядах противника не гарантируют окончательного успеха. Вряд ли Мамонтов мог сделать больше на том маршруте, который у него действительно состоялся.

_______________

Примечания

 

1. См., например: Трагедия казачества (Очерк на тему: Казачество и Россия). Ч.III. (Июнь – декабрь 1919). Отдельный оттиск из номеров 163 – 198 журнала «Вольное казачество» - «Вiльне козацтво». Париж, 1936. С.215-223, 264-274; Скрябин Н. Мамонтовский рейд // Военная быль. 1956. Июль. №19 (републиковано: Донская армия в борьбе с большевиками. М.: Центрполиграф, 2004. С.508-511); Матвеев П. Рейд генерала Мамонтова // Вестник первопоходника. 1965. Март. №42 (републиковано: там же. С.506-508); Ковалев Е.Е. Мамонтовский рейд. 1919 г. // Русский инвалид. 1969. Май. №162; Турчанинов Б. Слава и память Донскому корпусу генерала Мамонтова // Первопоходник. 1974. Декабрь. №22 (републиковано: там же. С.520-527).

2. Рымшан М. Рейд Мамонтова. Август-сентябрь 1919 г. Военно-историческая библиотека. Вып.2. М.: Гос. Воен. Изд-во, 1926.

3. Кручинин А.С. Формирование и участие 1-ой Тульской добровольческой пешей дивизии в рейде генерала Мамонтова (1919 г.) // Тула в гражданской войне 1917-1922 гг.: неизвестные страницы. Сборник материалов межрегиональной научно-практической конференции 16 апреля 1996 года / Сост. О.Ю. Кузнецов. Тула: «Шар», 1996. С.12-19.

4. См.: Сенников Б.В. Тамбовское восстание 1918 – 1921 гг. и раскрестьянивание России 1929 – 1933 гг. М.: Посев, 2004.

5. ГАРФ. Ф.6838. Л/ф Добрынина. оп.1. д.34. л.1.

6. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. лл.2,2об.,4,4об.,6. Текст этих воспоминаний размещен в Интернете: http://1918.borda.ru/?1-15-0-00000004-000-0-0.

7. Дневники казачьих офицеров. М.: Центрполиграф, 2004. С.319.

8. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. лл.30,31,33.

9. Всероссийский Национальный Центр. М.: РОССПЭН, 2001. С.306.

10. Библиотека-фонд «Дом Русского Зарубежья». А63. лл.4-6.

11. Шкуро А.Г. Указ. соч. С.90.

12. Кондратьев В., Хайрулин М. Авиация Гражданской войны. М.: Техника – молодежи, 2000. С.64.

13. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. л.21.

14. Френкин М. Трагедия крестьянских восстаний в России 1918-1921 гг. Иерусалим: Лексикон, 1987. С.113.

15. Окатов Н.А. У истоков колхозного движения на Тамбовщине // Под знаменем Октября. Известия Воронежского государственного педагогического института. Воронеж. 1966. Вып.1 (т.57). С.100.

16. Рымшан М. Указ. соч. С.12.

17. Сенников Б.В. Тамбовское восстание… С.55-56.

18. Ляшенко В.В. Погромное движение тамбовских крестьян в ходе рейда Мамонтова (лето-осень 1919 г.) как заключительный аккорд общинной революции // Тамбовское крестьянство: от капитализма к социализму (вторая половина XIX - начало XX вв.). Сб. науч. статей. Тамбов, 2000. Вып.3. С.143.

19. За власть Советов. (Сборник воспоминаний участников борьбы за установление Советской власти на Тамбовщине). Тамбов: Тамбовская правда, 1957. С.51-52.

20. Окнинский А.Л. Два года среди крестьян. Виденное, слышанное, пережитое в Тамбовской губернии с ноября 1918 г. до ноября 1920 года. М.: Русский путь, 1998. С.121-139,243-244.

21. См.: Библиотека-фонд «Русское Зарубежье». Ф.1. оп.2. А-107. Авторство не установлено.

22. Ляшенко В.В. Указ. соч. С.139-140,144-145,145-146.

23. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. л.18.

24. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. лл.20,21,23,24.

25. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. лл.2об.-3.

26. Цветков В. Ж. Белые армии Юга России. 1917 – 1920гг. (Комплектование, социальный состав Добровольческой армии, Вооруженных Сил Юга России, Русской армии). М.: Посев, 2000. Кн.1. С.117,118.

27. ГАРФ. Ф.5853. оп.1. д.1. л.36.

28. Записки белого партизана // Трагедия казачества. М.: Молодая гвардия, АО «Деловой центр», 1994. С.90-91.

29. Рымшан М. Указ. соч. С.40. Тульская дивизия-бригада оказалась устойчивым соединением. На 5 (18) октября 1919 г. она имела в трех полках 1791 штык, с артиллерией и пулеметами: Боевой состав ВСЮР на 5 октября 1919 г. // Белая Гвардия. Альманах. 1998. №2. С.78.

30. ГАРФ. Ф.5853. оп.1. д.1. л.51.

31. Всероссийский Национальный Центр. М.: РОССПЭН, 2001. С.306.

32. Рымшан М. Указ. соч. С.29,35.

33. Лаппо Д.Д.. Воронежцы против белогвардейщины. Воронеж: изд-во ВорГУ, 1971. С.121.

34. http://kz44.narod.ru/Mamantov.htm.

35. Сенников Б.В. Тамбовское восстание… С.60; его же. Три дня в Тамбове // Станица.2001. №1(34). С. не нумерованы.

36. Лаппо Д.Д.. Воронежцы против белогвардейщины. Воронеж: изд-во ВорГУ, 1971. С.116.

37. Рымшан М. Указ. соч. С.42.

38. Сенников Б.В. Тамбовское восстание… С.61.

39. За власть Советов (сборник воспоминаний участников борьбы за установление Советской власти на Тамбовщине. Тамбов: Тамбовская правда, 1957. с.82-83.

40. Гвоздев В.С. Трудное начало (воспоминания) // Белая армия. Белое дело. Исторический научно-популярный альманах. 2001. №9. С.111.

41. Дневники казачьих офицеров. М.: Центрполиграф, 2004. С.239.

42. Марков и марковцы. М.: Посев, 2001. С.263-264.

43. Марков и марковцы. М.: Посев, 2001. С.271,299-300; Поход на Москву. М.: Центрполиграф, 2004. С.57,61,63.

44. Марков и марковцы… С.330; Ларионов В. Последние юнкера. Франкфурт-на Майне: Посев, 1984. С.172.

45. Марков и марковцы… С.294; Сухов И.И. Ударники против ударников. Орловско-Кромская операция 10-27 октября 1919 г. // Сержант. №5. С.5-6.

46. Критский. Корниловский ударный полк. Париж, 1936. С.142.

47. Горбов М.Н. Война // Звезда. 2003. №11. С.191.

48. Шкуро А.Г. Записки белого партизана // Трагедия казачества. М.: «Молодая гвардия», АО «Деловой центр», 1994. С.92,95,96; Дневники казачьих офицеров… С.245, 317-318.

49. Шкуро А.Г. Записки белого партизана… С.96.

50. Дневники казачьих офицеров… С.241-242, 245; Шкуро А.Г. Записки белого партизана… С.95.

51. Аптекарь П.А. «Зеленый вал» - антибольшевистские крестьянские выступления в мае - сентябре 1919 г. // Белая Гвардия. Альманах. 2002. №6. С.94.

52. Алексенцев А.И. Вооруженная защита тыла страны в 1918-1920 гг. // История СССР. 1971. №6. С.116-117.

53. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. лл.13об.,14.

54. ГАРФ. Ф.6838. оп.1. д.114. лл.32-33.

55. Шкуро А.Г. Записки белого партизана… С.89-90.

56. См.: Керсновский А.А. Качества военного человека // Душа армии. Русская военная эмиграция о морально-психологических основах российской вооруженной силы. М.: Военный университет, Независимый военно-научный центр «Отечество и воин», Русский Путь, 1997. С.362.

57. См.: Эйхе Г.Х. Уфимская авантюра Колчака (Март – апрель 1919 г.) Почему Колчаку не удалось прорваться к Волге на соединение с Деникиным. М.: Воениздат, 1960.

58. См.: Кручинин А.С. Путь генерала Деникина // Деникин А.И. Очерки русской смуты. Т.1. Крушение власти и армии. Февраль-сентябрь 1917 г. М.: Айрис-Пресс, 2003. С.66-68, 76-77.

59. Мамонтов С. Не судимы будем. Походы и кони. М.: Воениздат, 1999. С.144-160.

60. Голованов В.Я. Тачанки с Юга. Художественное исследование Махновского движения. М. - Запорожье: «Март» - «Дикое Поле», 1997. С.311-314,395-396.